Номинация "Мистическая история из жизни"

Владимир Жуков

Последнее слово

(монолог подсудимого)

Граждане судьи, молчание есть уподобление смерти. Поэтому я не буду молчать, а разоткровенничаюсь.
Да, я убивал людей. ... Убивал, чтобы, встречаясь со смертью, привыкнуть к ней и перестать ее бояться. И я перестал бояться смерти, и у меня - слесаря-сантехника - открылся дар, - дар живописца.
Граждане судьи, да, я совершил пять убийств. Но после каждого убийства я шел домой и одержимо писал картину, которую потом жена (пока я отсыпался) относила в художественный салон, где ее сразу покупали.
Граждане судьи, если вы спросите меня: какими были мои картины? - я отвечу, что не помню. ... Я консультировался с известным психиатором о подобном свойстве моей памяти. И он заявил мне, что забывать свои творения черта истинного таланта. ... Мистика какая-то; но врач - всероссийский светила, и у меня нет основания подозревать его в шарлотанстве.
Да, свои картины я забыл, но, граждане судьи, в моем деле есть письма покупателей моих картин. Прочтите их.
Один покупатель благодарит меня за то, что, когда моя картина появилась в его доме, супруга его перестала наставлять ему рога, а дочь-двоечница вдруг рьяно взялась за учебу и поступила в институт.
Другой покупатель благодарит меня за то, что каждый день смотрел подолгу на мою картину и без лекарств вылечился от рака поджелудочной железы.
Еще один покупатель утверждает в письме, что моя картина надоумила его купить лотерейный билет, который выиграл двухкомнатную квартиру.
Еще один покупатель - известный композитор - приобрел мою картину, бросил употреблять наркотики и сочинил симфонию.
Еще один покупатель - нефтяной магнат - внезапно почувствовал себя меценатом и построил на свои деньги бесплатный санаторий для детей-инвалидов.
Так не наказывайте меня строго, граждане судьи. Да, я убийца, но я заслуживаю снисхождения.

Эпилог
Суд приговорил убийцу к пожизненному заключению в колоннии строгого режима. Через год убийца-художник умер, не написав ни одной картины.